Контакты
Карта

ВОСПОМИНАНИЯ ВЕТЕРАНОВ

Жихарский Михаил Прокофьевич

ЖИХАРСКИЙ МИХАИЛ ПРОКОФЬЕВИЧ

Родился я в селе Моспаново Чугуевского района. После окончания в 1937 году Старобельского техникума механизации поступил в Севастопольское училище зенитной артиллерии. В 1939 году последовал ускоренно-досрочный выпуск курсантов. Лейтенантом, которому не исполнилось и 20 лет, участвовал в освобождении Западной Украины, а в 1940 году – Бессарабии. А потом грянул 1941 год. Известие о начале Великой Отечественной войны застало наш полк в летних военных лагерях под Винницей.

На всю жизнь запомнилось боевое крещение. Немцы подошли к Запорожью. 135-му зенитно-артиллерийскому дивизиону было приказано защищать мост через Днепр, который проходил через остров Хортицу. На острове зенитно-артиллерийский дивизион и занял позицию. Ранним утром на наши позиции двинулись немецкие танки. Артиллеристы, подпустив их на расстояние прямой наводки, подожгли три танка, чем преградили путь остальным танкам, автомобилям и пехоте. Тогда фашисты бросили на защитников Хортицы свою авиацию и засыпали нас бомбами. Но артиллеристы сбили в течение дня 4 немецких самолета. Сутки наш полк стоял в неравном бою. И только по приказу командования отошел на новые позиции. Это был первый для моей батареи настоящий бой, как на фронте говорят, боевое крещение. Мы имели значительные потери убитыми и ранеными, а батарея моего друга лейтенанта Яши Виноградова погибла в полном составе.

С тяжелыми боями и немалыми потерями полк, в котором я командовал батареей, отходил до Волги. В километре левее от места, где сейчас стоит скульптура Родины-Матери, была позиция моей батареи. Полк входил в состав 62-й армии, которой командовал легендарный В.И.Чуйков. Немцы делали все, чтобы сбросить армию в Волгу. Но стойкость защитников Сталинграда была чрезвычайно высокой.

Обстановка была очень тяжелой. Днем не было и часа, чтобы в воздухе не кружили, как грачи, немецкие самолеты. Град бомб и пулеметных очередей с воздуха, навесной артиллерийский и минометный огонь фашистов. Город горел, в нем не осталось ни единого уцелевшего здания. Обе стороны несли значительные потери. Из пяти дивизионов полка в Сталинградской «мясорубке» уцелел только один. Но и немцам досталось крепко: с августа до 10 ноября 1942 года воины 1079-го зенитно-артиллерийского полка уничтожили 40 самолетов и 7 подбили, 19 танков, 2 бронемашины, 31 автомобиль, 17 минометных и артиллерийских батарей, уничтожили до трех полков пехоты противника. За оборону Сталинграда был награжден орденом Отечественной войны и медалью «За оборону Сталинграда».

И вдруг – тяжелое ранение в ногу осколком авиабомбы. Лечился в Уфе. Еще рана не совсем зажила, а я упросил выписать меня. Но в полк не попал, а был направлен в Высшую Краснознаменную офицерскую школу в группу начальников штабов полков, по окончании которой был назначен начальником штаба 1079-го зенитно-артиллерийского полка.

Разгромив армию фельдмаршала Паулюса под Сталинградом, советские войска неудержимо двинулись на запад. 1079 зенитно-артиллерийский полк через Белую Калитву подошел к Ворошиловграду и участвовал в боях за его освобождение. Славный боевой путь нашего полка пролег через всю Украину. Воины полка участвовали в освобождении Харькова, Полтавы, Киева, Чернигова. Потом были Белоруссия, Польша, Германия.

Беспрерывные бои. Тяжелые и менее тяжелые. Запомнился бой с воздушными фашистскими пиратами за небольшую станцию Гречаная, что у города Проскурова, нынешнего Хмельницка. Обе станции были забиты военными эшелонами. Нашему полку было приказано защищать станцию от воздушных налетов противника. Немцы бросили на нас армаду в 70 бомбардировщиков. И сразу же тихая станция превратилась в настоящий ад. Во время налета рев бомбардировщиков, вой и взрывы бомб, огонь зениток – все это слилось в какой-то страшный беспрерывный гул, а дым и пыль дополняли картину этого ада. Но артиллеристы не дрогнули, хотя и имели значительные потери. Мы практически не дали этой армаде пробиться к станции. Сгорел всего один вагон. Вот и вся добыча воздушной армады.

День Победы встретил в Брацлау, который защищала 50-тысячная группировка немцев и власовцев. Немцы не предполагали, что их блокирует всего один зенитно-артиллерийский полк, а остальные силы были брошены на штурм Берлина. Когда был подписан акт о безоговорочной капитуляции Германии, немецко-власовская группировка Брацлау сдалась. Запомнилось, с каким форсом фашисты обставили свою сдачу. В центре города они сложили оружие, аккуратно рассортировав его по видам. Из города к месту сдачи выходили строем, в вычищенной форме и чисто выбритыми, как на парад. А вел их маленький русский солдатик, который уже явно начал праздновать День Победы».

В 1946 году начальник штаба 1079 зенитно-артиллерийского полка капитан Жихарский Михаил Прокофьевич ушел в запас и приступил к мирному труду. Преподавал в техникуме, был главным инженером МТС, инженером райсельхозтехники. Сейчас ветерану войны и труда идет 92-й год, его трудовой стаж перевалил за 75 лет. Но ветеран и сейчас в строю. Он трудится автотовароведческим экспертом ЧП «Старобельскавтоэкспертиза». Грудь фронтовика украшают два ордена «Отечественной войны», орден «Знак Почета» и многочисленные медали.

- Мне приходилось слышать, как кое-кто утверждал, что на войне не испытывал чувства страха. Чепуха все это. Я этому не верю. Мне приходилось ходить в разведку, находиться под жестокой бомбежкой и артобстрелом, и скажу честно, что чувство страха присутствовало, но присутствовало и чувство долга. Я живой человек, и желания умереть не было. Но кому-то надо было это делать. Мужество в том и состоит, чтобы преодолеть чувство страха и подчинить свои действия выполнению долга.


Курячий Николай Васильевич

КУРЯЧИЙ НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

Когда в середине октября 1940 года в Старобельский райвоенкомат пригласили ребят 10-го класса СШ №2 и предложили им без конкурса перейти учиться в Луганский аэроклуб имени Леваневского, они не колебались.

- Так мы 18-летние: я, Николай Курячий, Анатолий Кузнецов, Владимир Курячий, Алеша Винник, учащиеся СШ №1 Николай Солодухин, Прокофий Кононенко и Василий Якуба, - говорит Николай Василий Курячий, - стали курсантами Луганского аэроклуба им. Леваневского. Мы понимали, что страна стоит на пороге войны, и поэтому старательно осваивали профессию пилота, чтобы уверенно чувствовать себя в небе, тем более в воздушном бою. Окончили полный курс аэроклуба и получили звание пилота самолета ПО-2. Государственная комиссия сразу же предложила молодым пилотам продолжить учебу в школе военных летчиков имени Пролетариата Донбасса, которая находилась на Острой Могиле. Я и Василий Якуба были зачислены во вторую эскадрилью. Готовили нас пилотами штурмовика ИЛ-2, но почему-то летную практику мы проходили на действовавшем тогда бомбардировщике СБ.

Спокойную и напряженную учебу прервала война. Уже в октябре немецкая авиация часто и жестоко бомбила территорию авиашколы. Поэтому нам приходилось проходить летную практику на аэродромах у Краснодона и Семейкино. Когда фронт подошел близко к Луганску, военная авиашкола покинула город и в полном составе, пешим строем ушла на восток. Дон перешли у Калача, погрузились в вагоны и направились на Сталинград. А оттуда пароходом по Волге до Саратова. А когда река стала подмерзать, нас высадили, и мы пешим строем двинулись до Уральска. В ноябре летная школа заработала на новом места. Готовили нас ускоренными темпами. Уже в феврале 1943 года нас, молодых пилотов, распределили в 214-ю авиадивизию дальнего действия. Я был зачислен в 325-й авиаполк 5-й воздушной армии, которой командовал маршал авиации Вершинин.

Все боевые вылеты осуществлялись только ночью. Вначале летали в район Сталинграда, наносили бомбовые удары по позициям противника. Однажды командир полка поставил задачу доставить груз брянским партизанам с посадкой на партизанской базе. Полет прошел нормально. Сигнальные огни зажглись вовремя. Грузом оказалось оружие и боеприпасы, а на обратном пути везли 18 тяжелораненных партизан. Самолет ТБ-3 имел скорость 130-170 километров в час и потолок полета до 5 тысяч метров. Поэтому немецкие зенитные установки часто доставали нас. Почти после каждого полета насчитывали до десятка пробоин. Но на этот раз раненых партизан доставили без осложнений.

В середине июля экипаж получил задание доставить брянским партизанам груз, сбросив его на парашютах в условленном районе. Полет шел нормально, но за 20-25 минут до цели по нам ударили немецкие зенитки. Сразу же остановились оба правые двигателя и были перебиты левые тросы управления. Положение стало критическим. Высота 5 тысяч метров. Самолет начал быстро терять высоту. Пришлось срочно выбросить груз и даже слить часть горючего. С большим трудом развернулись, и когда пересекли линию фронта, приняли решение делать вынужденную посадку. Но в 12 часов ночи выбрать площадку для посадки крайне сложно. Наконец-то подобрали небольшую площадку, которая оказалась обыкновенным сельским током, где молотили зерно нового урожая. Это было село Поныры, что в 25 километрах от Курска. В это время шел второй день сражения у Прохоровки. Изучив обстановку, командир и раненый штурман уехали в полк и через три дня вернулись с новыми двигателями, тросами и ремонтниками. В полк вернулись через десять дней после вылета в партизанский край.

Вскоре полк перебазировался под Ленинград на аэродром у города Луга. Для дальней авиации работы было много. Практически каждую ночь делали по два боевых вылета. Часто бомбили Хельсинки, Турку, Нарву и другие города Прибалтики, которые в военном отношении были сильно укреплены.

24 января 1943 года Совинформбюро сообщило, что освобожден крупный железнодорожный узел и первый город Украины Старобельск. С этим событием меня поздравили однополчане, а в штабе полка выдали денежное содержание в сумме 7 тысяч рублей, которые я сразу же выслал домой на Старобельщину. Было интересно узнать, как там дома, так как более полугода из-за оккупации Старобельщины не было переписки с родными. Но вскоре я узнал, что дома все в порядке.

После прорыва блокады Ленинграда наш полк, теперь уже гвардейский Гатчинский Красносельский 217-й полк дальнего действия, вернулся на Украину. И снова ночные боевые полеты. Шло сражение за Киев. Запомнился эпизод выброса десанта во вражеском тылу под Киевом. По всей вероятности место выброса десанта было определено на основе не совсем достоверных разведданных. Поэтому первые 36 десантников были сброшены с высоты 80-100 метров в непосредственной близости от позиций противника, и часть десантников погибла еще в воздухе. Последующие 8-9 вылетов были более удачными.

Особенно большую работу полк выполнял при освобождении Белоруссии. Из-за бездорожья значительная часть военных грузов перебрасывалась самолетами дальней авиации. В Яссо-Кишеневской наступательной операции полк в основном наносил бомбовые удары по противнику и производил выброс десантов в тылу врага. В Европе война подходила к концу, а гвардейский 217-й полк авиации дальнего действия перебросили на Дальний Восток, ближе к Японии, и разместили на самой южной точке Сахалина – Отани. И снова ночные боевые вылеты, переброска военных грузов.

Только в 1947 году я вернулся домой. Но вернулись далеко не все. Смертью храбрых погибли мои друзья, совсем молодые пилоты Владимир Курячий, Алеша Винник, Анатолий Кузнецов. Им было всего по 19-20 лет.

Ратный труд второго пилота бомбардировщика авиации дальнего действия Николая Васильевича Курячего был отмечен медалью «За отвагу», орденом Красной Звезды, орденом Славы третьей степени, Отечественной войны второй степени, орденом Мужества и многими медалями.



Русская Православная Церковь
Николаевский Собор

Авторское право © 2012-2017.
Разработчик: Капитула Ян

Valid HTML 5
Правильный CSS!
Яндекс.Метрика