Контакты
Карта

Креститель Руси

Святой равноапостольный князь Владимир был внуком святой равноапостольной Ольги, сыном Святослава. Мать его, Малуша, была дочерью Малка Любечанина, которого историки отождествляют с Малом, князем Древлянским. Приводя к покорности восставших древлян и овладев их городами, княгиня Ольга повелела казнить князя Мала, за которого пытались ее сватать после убийства Игоря, а детей его, Добрыню и Малушу, взяла с собой. Добрыня вырос храбрым и умелым воином, обладал государственным умом, был впоследствии хорошим помощником своему племяннику Владимиру в делах военного и государственного управления.

Вещая дева Малуша стала христианкой (вместе с великой княгиней Ольгой в Царьграде) и полюбилась суровому воину Святославу, который против воли матери сделал ее своей женой. Разгневанная Ольга, считая невозможным брак своей пленницы, рабыни с наследником великого Киевского княжения, отправила Малушу на свою родину, в весь неподалеку от Выбут. Там и родился, около 960 года, мальчик, названный русским языческим именем Володимир (владеющий миром, владеющий особым даром мира). Воспитывал Владимира брат его матери, язычник Добрыня.

В 972 году князь Владимир стал править Новгородом. В 980 году, в разгар войны между братьями, Владимир пошел на Киев, в котором княжил его старший брат Ярополк. Победив брата, Владимир стал править в Киеве. Он завоевал Галицию, смирил вятичей, воевал с печенегами, распространил пределы своей державы от Балтийского моря на севере до реки Буг на юге. У него было пять жен и многочисленные наложницы. В начале своего княжения в Киеве князь Владимир отличался жестокостью и особенной ревностью к языческой вере. По его приказанию везде ставились идолы и приносились им жертвы. Особенным почетом пользовался идол Перуна, которого чтили как бога грома и молнии; он стоял недалеко от княжеского дворца и украшен был золотом и серебром.

Много жертв приносилось богам за победы над врагами, а в начале княжения князю Владимиру приходилось часто воевать, чтобы или покорять некоторые отколовшиеся племена, или защищаться от нападений соседних народов. Когда после удачного похода против ятвягов князь Владимир приносил благодарственные жертвы богам, то городские старики и бояре сказали: «Бросим жребий на юношей и девиц. На кого падет, того принесем в жертву богам». В это время в Киеве жил один варяг-христианин, и жребий пал на его сына, тоже христианина. Посланные от народа пришли к варягу и сказали: «На твоего сына пал жребий; боги выбрали его, чтобы мы принесли его им в жертву». Варяг отказался выдать сына и сказал: «Ваши боги не боги, а дерево; Бог один, Которому поклоняются греки и Который сотворил небо, и землю, и человека, а ваши боги сами сделаны руками человеческими». Посланные передали этот ответ народу. Разъяренная толпа язычников подступила к дому варяга и требовала, чтобы он отдал своего сына. Варяг отвечал: «Если ваши боги - действительно боги, то пусть сами придут и возьмут моего сына из моих объятий, а вам-то о чем хлопотать?» С этими словами он заключил сына в свои объятия и не выпускал его, а раздраженная толпа язычников бросилась на варяга и сына его и убила их обоих. Так погибли за Христа варяги Феодор и Иоанн. Впервые в это время стены Киева обагрились мученической кровью христиан. Обстоятельства их смерти произвели на Владимира сильное впечатление, и он начал сомневаться в истинности языческой веры.

Однако языческая вера славян слишком мало давала пищи уму и сердцу, чтобы долго выдерживать борьбу с другими религиями, особенно с христианством. Развивающиеся отношения с Грецией знакомили русских с образом жизни греков и их верой и были причиной того, что число христиан в Киеве все более увеличивалось. Много было христиан и в дружине князя, их скромный образ жизни, строгое и честное исполнение ими своих обязанностей не могли не обратить на себя внимание Владимира.

Предание доносит до нас поэтический рассказ о принятии князем Владимиром христианства и о крещении им Руси. Умный и любознательный, любивший рассуждать о делах веры, князь Владимир скоро убедился, что нужно переменить веру. По приглашению князя в Киев приходили проповедники из разных стран: послы от болгар-мусульман, живших за Волгой, немцы-латиняне, иудеи и греки. Князь расспрашивал об их вере, и каждый предлагал ему свою.

Первыми проповедниками были послы от болгар, живших на Волге, с предложением принять магометанскую веру. На вопрос князя, какова их вера, они отвечали: «Веруем в Бога, на небесах сущего, а также имеем пророка его Магомета, который дал нам закон такой, по которому мы можем иметь жен сколько пожелаем, но при этом дан нам также закон обрезаться, не есть мяса свиного и не пить вина». Понравилось было женолюбивому князю Владимиру учение, допускающее многоженство, понравился также и обещаемый Магометом чувственный рай с прекрасными гуриями, но не понравились другие законы, в особенности обрезание и непитие вина, и он не согласился принять магометанскую веру.

После этого приходили к князю Владимиру евреи с предложением принять их веру и очень хвалили свой ветхозаветный закон. На вопрос же князя Владимира, где их земля и Отечество, евреи отвечали: «Бог наш разгневался на отцов наших за их грехи и рассеял их по всей земле, так что мы не имеем Отечества». Князь на это сказал им: «Чего же вы хотите? Не того ли, чтобы и с нами случилось то же самое?» - и прогнал их от себя.

Приходили также послы папы Римского и различных немецких князей с предложением своей веры, но успеха у князя Владимира не имели и они.

После всех пришел к князю Владимиру греческий проповедник, который долго беседовал с князем о христианской вере и, начав повествование о сотворении мира, объяснил князю всё Священное Писание и все пророчества, касающиеся воплощения Христа, Его Крестной смерти, воскресения и вознесения на небеса. В конце своей проповеди, говоря о будущем воскресении всех умерших и о будущем Суде и воздаянии праведникам и грешникам, он показал картину Страшного Суда и это так сильно подействовало на князя, что он в умилении воскликнул: «Блаженны, которые стоят по правую сторону, и горе тем, кто будет по левую!» Проповедник на это ему сказал: «Если хочешь получить это блаженство, то крестись».

По совету бояр Владимир отправил десять мудрых мужей, чтобы испытать на месте, чья вера лучше. Когда эти русские послы прибыли в Константинополь, то великолепие Софийского храма, стройное пение придворных певчих и торжественность патриаршей службы тронули их до глубины души: «Мы не знали, - говорили они потом Владимиру, - на земле мы стояли или на небе». А бояре тут же ему заметили: «Если бы вера греческая не была лучше других вер, не приняла бы ее бабка твоя Ольга - мудрейшая из людей».

С этого времени князь Владимир начал искать случая переменить свою веру на веру греческую. Но суровому князю-завоевателю казалось недостойным просить у греков просвещения истинами христианскими, он желал и саму веру завоевать мечом. Князь собрал совет, и на нем решено было с войском идти на землю греческую и, завоевав города, получить христианских учителей, которые бы научили своей вере. Владимир пошел войной на греков и взял Херсонес. Отсюда он отправил послов в Константинополь к императорам Василию и Константину с требованием руки сестры их, царевны Анны. Те отвечали ему, что царевна может быть женой только христианина. Князь Владимир отвечал, что он готов креститься, и просил прислать к нему священников вместе с царевной. С трудом убедили цари свою сестру согласиться и идти замуж за русского князя. «Как в плен иду, - говорила царевна, - лучше бы мне умереть здесь».

Царевна прибыла к Херсонесу на корабле вместе со священниками и архиереем Михаилом и с большими почестями была принята князем Владимиром. Незадолго до прибытия царевны в Херсонес у князя Владимира разболелись глаза, так что он почти совсем ничего не видел. Болезнь эта навела князя на мысль, что наказывают его боги за то, что он изменил им, но царевна, узнав об этом, послала сказать князю Владимиру: «Если хочешь быть здоров, скорее прими крещение». Князь Владимир согласился и, просвещенный христианскими истинами от епископа, прибывшего с царевной, принял Крещение в Софийском храме города Херсонеса. Подобно апостолу Павлу, он познал свою духовную немощь и приготовился к великому таинству возрождения. Во время погружения в купель князь получил чудесное исцеление от своей слепоты. При выходе из купели он прозрел душевными и телесными очами и в избытке радости воскликнул: «Теперь я познал Истинного Бога!» При крещении Владимир был наименован Василием. Вместе с князем крестилась в Херсонесе и его дружина.

Так повествуют дошедшие до наших времен житийные предания о князе Владимире. Но реконструкция историками событий тех времен предлагает другую версию.

Молодой Владимир предавался бурной чувственной жизни, хотя далеко не был таким сластолюбцем, каким его иногда изображают. Он «пас свою землю правдою, мужеством и разумом», как добрый и рачительный хозяин, при необходимости расширял и оборонял ее пределы силой оружия, а возвращаясь из похода, устраивал для дружины и для всего Киева щедрые и веселые пиры. Но Господь готовил ему иное поприще. Где умножается грех, там преизобилует благодать (Рим. 5, 20). «И прииде на него посещение Вышнего, призре на него Всемилостиве око Благого Бога, и воссияла мысль в сердце его, да разумеет суету идольского прельщения, да взыщет Единого Бога, сотворившего все видимое и невидимое». Принятию крещения способствовали и внешние обстоятельства. Византийскую империю сотрясали удары мятежных полководцев Варды Склира и Варды Фоки, каждый из которых уже примеривал царскую корону. В трудных условиях императоры, братья-соправители Василий Болгаробойца и Константин, обратились за помощью к Владимиру.

События развивались быстро. В августе 987 года Варда Фока провозгласил себя императором и двинулся на Константинополь, осенью того же года послы императора Василия были в Киеве. «И истощились богатства его (Василия), и побудила его нужда вступить в переписку с царем Руссов. Они были его врагами, но он просил у них помощи, - пишет о событиях 980-х годов один из арабских хронистов. - И царь Руссов согласился на это и просил свойства с ним».

В награду за военную помощь Владимир просил руки сестры императоров Анны, что было для византийцев неслыханной дерзостью. Принцессы крови никогда не выходили замуж за «варварских» государей, даже христиан. В свое время руки той же Анны домогался для своего сына император Оттон Великий, и ему было отказано, но сейчас Константинополь вынужден был согласиться. Был заключен договор, согласно которому Владимир должен был послать в помощь императорам шесть тысяч варягов, принять Святое Крещение и при этом условии получить руку царевны Анны. Так воля Божия определила вхождение Руси в благодатное лоно Церкви Вселенской. Великий князь Владимир принимает Крещение и направляет в Византию военную подмогу. С помощью русских мятеж был разгромлен, а Варда Фока убит. Но греки, обрадованные неожиданным избавлением, не торопились выполнить свою часть договора.

Возмущенный греческим лукавством, князь Владимир «вборзе собра вся своя» и двинул «на Корсунь, град греческий», древний Херсонес. Пал неприступный оплот византийского господства на Черном море, один из жизненно важных узлов экономических и торговых связей империи. Удар был настолько чувствителен, что эхо его отозвалось по всем Византийским пределам.

Решающий довод снова был за Владимиром. Его послы, воевода Олег и Ждьберн, прибыли вскоре в Царьград за царевной. Восемь дней ушло на сборы Анны, которую братья утешали, подчеркивая значительность предстоящего ей подвига: способствовать просвещению Русского государства, сделать руссов навсегда друзьями Ромейской державы. А к титулам Владимира прибавился новый, еще более блестящий - цесарь (царь, император). Надменным владыкам Константинополя пришлось уступить и в этом - поделиться с зятем цесарскими (императорскими) знаками власти. В некоторых греческих источниках князь Владимир именуется с того времени могущественным басилевсом, он чеканит монеты по византийским образцам и изображается на них со знаками императорской власти: в царской одежде, на голове - императорская корона, в правой руке - скипетр с крестом.

С царевной прибыл посвященный Святым Патриархом Николаем II Хризовергом на Русскую кафедру митрополит Михаил со свитой, клиром, многими святыми мощами и другими святынями. В древнем Херсонесе, где каждый камень помнил святого Андрея Первозванного, свершилось венчание святого равноапостольного Владимира и блаженной Анны, напомнив и подтвердив исконное единство благовестия Христова на Руси и в Византии. Корсунь, вено царицы, был возвращен Византии. Великий князь весной 988 года отправляется с супругой через Крым, Тамань, Азовские земли, входившие в состав его обширных владений, в обратный путь к Киеву. Впереди великокняжеского поезда с частыми молебнами и несмолкающими священными песнопениями несли кресты, иконы, святые мощи священномученика Климента, папы Римского.

По прибытии в Киев Владимир прежде всего предложил креститься своим двенадцати сыновьям, и они крестились в одном источнике, известном в Киеве под именем Крещатика. Вслед за ними крестились многие бояре. Затем князь занялся искоренением идолослужения и уничтожением идолов. Чтобы убедить народ в бессилии и ничтожестве идолов, он приказал свергнуть с холма главного бога Перуна, привязать к лошадиному хвосту и бить прутьями и палками, а потом утопить в Днепре. За низвержением идолов последовало оглашение народа евангельской проповедью. Христианские священники собирали народ и наставляли его в святой вере. Наконец, святой Владимир объявил в Киеве, чтобы все жители, богатые и убогие, явились в определенный день на реку для принятия Крещения. Киевляне спешили исполнить волю князя, рассуждая так: «Если бы новая вера не была лучше, то князь и бояре ее бы не приняли».

В назначенный день жители Киева собрались на берег Днепра. Сюда явился сам Владимир с христианскими священниками. Все киевляне вошли в реку; взрослые держали на руках младенцев; священники на берегу читали молитвы, а святой Владимир, объятый восторгом, молился Богу и поручал Ему себя и свой народ: «Господи Боже, сотворивый небо и землю, призри на новокрещенные люди Твоя, и даждь им истинно познать Тебя, Истинного Бога, и утверди их в Православной вере, а мне помоги на видимые и невидимые враги, и прослави в Российских странах имя Твое пресвятое».

Так совершилось Крещение Руси. В память священного события установился в Русской Церкви обычай ежегодного крестного хода «на воду» 1 августа, соединившийся впоследствии с празднеством Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня, общим с Греческой Церковью, и русским церковным празднеством Всемилостивому Спасу и Пресвятой Богородице (установленным святым Андреем Боголюбским в 1164 г.).

После крещения киевлян начали строить храмы для новокрещенных. Всюду по Святой Руси, от древних городов до дальних погостов, повелел святой Владимир ниспровергнуть языческие требища, иссечь истуканов, а на месте их рубить по холмам церкви, освящать престолы для Бескровной Жертвы. Храмы Божии вырастали по лицу земли, на возвышенных местах, у излучин рек, на старинном пути «из варяг в греки» - словно путеводные знаки, светочи народной святости. Прославляя храмоздательные труды равноапостольного Владимира, автор «Слова о законе и благодати», святитель Иларион, митрополит Киевский, восклицал: «Капища разрушаются и церкви поставляются, идолы сокрушаются и иконы святых являются, бесы убегают, Крест грады освящает». С первых веков христианства ведет начало обычай воздвигать храмы на развалинах языческих святилищ или на крови святых мучеников. Следуя этому правилу, святой Владимир построил храм Святого Василия Великого на холме, где находился жертвенник Перуна, и заложил каменный храм Успения Пресвятой Богородицы (Десятинный) на месте мученической кончины святых варягов-мучеников.

Богослужение в церквах стали совершать по книгам, которые привезли с собой из Греции митрополит Михаил и священники, и совершалось оно на языке, понятном нашим предкам. Князь Владимир начал сам обходить со священниками города и села, везде уговаривая народ креститься. Митрополит с епископами, прибывшими из Константинополя, и Добрынею, дядей князя Владимира, отправились крестить народ на север от Киева и дошли до Новгорода Великого, а затем и до Ростова.

Успешному распространению веры Христовой среди русского народа содействовало в особенности то, что она распространялась большей частью мирными средствами - проповедью, убеждением (а не огнем и мечом, как это нередко делалось римо-католиками) и, благодаря трудам святых Кирилла и Мефодия, на родном славянском языке.

Вместе с распространением христианства Владимир начал распространять грамотность. Грамотных в то время вовсе не было. Владимир приказал брать детей у бояр и знатных людей и отдавать их на ученье книжное. Великий князь заставлял их переписывать священные книги, потому что богослужения нельзя было совершать без книг, а привезенных из Греции и Болгарии книг было недостаточно. Христиан с каждым днем прибавлялось, храмы строились, и священные книги нужны были повсюду; кроме того, требовались причты для новоотстроенных церквей, а без книг было невозможно обучение христианскому богослужению. По мере распространения грамотности появились на Руси русские чтецы, диаконы, священники, даже епископы.

Владимир решил поставить великолепную церковь во имя Пресвятой Богородицы на месте смерти первых наших мучеников за веру - святых Феодора и Иоанна. Строили эту церковь и украшали зодчие и художники, пришедшие из Греции. В 996 году строительство было окончено. День освящения храма Пресвятой Богородицы, 12 мая (в некоторых рукописях - 11 мая), святой Владимир повелел внести в месяцесловы для ежегодного празднования. Тогда же святым Владимиром была пожалована Церкви десятина, почему и храм, ставший центром общерусского сбора церковной десятины, нарекли Десятинным.

В 1007 году святой Владимир перенес в Десятинную церковь мощи святой равноапостольной Ольги. А четыре года спустя, в 1011 году, там же была погребена его супруга, сподвижница многих его начинаний, блаженная царица Анна. После ее кончины князь вступил в новый брак - с младшей дочерью немецкого графа Куно фон Эннингена, внучкой императора Оттона Великого.

Святой Владимир твердой рукой сдерживал на рубежах врагов, строил города, крепости. Им построена первая в русской истории «засечная черта» - линия оборонительных пунктов против кочевников. «Нача ставити Володимер грады по Десне, по Выстри, по Трубежу, по Суле, по Стугне. И населил их новгородцами, смольнянами, чудью и вятичами. И воевал с печенегами и одолевал их». Действенным оружием часто была мирная христианская проповедь среди степных язычников. В Никоновской летописи под 990 годом записано: «Того же лета приидоша из болгар к Володимеру в Киев четыре князя и просветишася Божественным Крещением». В следующем году «прииде печенегский князь Кучуг, и прият греческую веру, и крестися во Отца, и Сына, и Святого Духа, и служаше Владимиру чистым сердцем». Под влиянием святого князя крестились и некоторые видные иноземцы, например живший несколько лет в Киеве норвежский конунг (король) Олаф Трюггвасон, знаменитый Торвальд Путешественник, основатель монастыря святого Иоанна Предтечи на Днепре под Полоцком, и другие. В далекой Исландии поэты-скальды назвали Бога «Хранителем греков и русских».

Средством христианской проповеди были и знаменитые пиры святого Владимира: по воскресеньям и большим церковным праздникам после литургии выставлялись для киевлян обильные праздничные столы, звонили колокола, славословили хоры, калики перехожие пели былины и духовные стихи. Например, 12 мая 996 года по поводу освящения Десятинной церкви князь «сотвори пирование светло, раздавая имения много убогим, и нищим, и странникам, и по церквам и по монастырям. Больным же и нищим доставлял по улицам великие кады и бочки меду, и хлеб, и мясо, и рыбу, и сыр, желая, чтобы все приходили и ели, славя Бога». Пиры устраивались также в честь побед киевских богатырей, полководцев Владимировых дружин - Добрыни, Александра Поповича, Рогдая Удалого.

Эпоха святого Владимира была ключевым периодом для государственного становления Православной Руси. Объединение славянских земель и оформление государственных границ державы Рюриковичей происходили в напряженной духовной и политической борьбе с соседними племенами и государствами. Крещение Руси от православной Византии было важнейшим шагом ее государственного самоопределения. Главным врагом святого Владимира стал Болеслав Храбрый, в планы которого входило широкое объединение западнославянских и восточнославянских племен под эгидой католической Польши.

В 1013 году в Киеве был раскрыт заговор против святого Владимира: Святополк Окаянный, женившийся на дочери Болеслава, рвался к власти. Вдохновителем заговора был духовник Болеславны, католический епископ Колобжегский Рейберн. Заговор Святополка и Рейберна был прямым покушением на историческое существование Русского государства и Русской Церкви. Святой Владимир принял решительные меры. Все трое были арестованы, и Рейберн вскоре скончался в заточении. Святой Владимир не мстил гонящим и ненавидевшим его. Принесший притворное покаяние Святополк был оставлен на свободе.

На старости лет князь Владимир был огорчен смутами, происшедшими в Новгороде, где княжил его сын Ярослав, еще не столь «мудрый», каким он вошел позже в русскую историю. Ставший в 1010 году держателем Новгородских земель, он задумал отделиться от своего отца, великого князя Киевского, завел свое войско, перестал платить в Киев обычную дань и десятину. Единству Русской земли, за которое всю жизнь боролся святой Владимир, угрожала опасность. В гневе и скорби князь повелел «мосты мостить, гати гатить», готовиться к походу на Новгород. В приготовлениях к этому походу креститель Руси тяжело заболел и предал дух Господу в селе Спас-Берестове 15 июля 1015 года. Он правил Русским государством тридцать семь лет (978-1015), из них двадцать восемь лет прожил во Святом Крещении. Перед кончиной он молился, сокрушаясь о своих грехах: «Господи Боже мой! Жил, не ведая Тебя, но Ты помиловал меня, и Святым Крещением просветил Ты меня - и познал Тебя, Боже всех, святой Творец всей твари, Отец Господа нашего Иисуса Христа! Слава Тебе, и Сыну, и Святому Духу! Владыко Боже! Не попомни моей злобы: не познал Тебя в язычестве, ныне же знаю Тебя и увидел. Господи Боже мой, помилуй меня: если хочешь казнить и мучить меня за грехи мои - казни меня Сам, Господи, но бесам не предай меня!» И так со светлой надеждой на милость Божию закончил свой жизненный путь.

Готовясь к новой борьбе за власть и надеясь в ней на помощь поляков, Святополк, чтобы выиграть время, пытался скрыть смерть отца. Но патриотически настроенные киевские бояре тайно, ночью, вывезли тело почившего государя из Берестовского дворца, где сторожили его люди Святополка, и привезли в Киев. В Десятинной церкви гроб с мощами святого Владимира встретило киевское духовенство во главе с митрополитом Иоанном. Святые мощи были положены в мраморной раке, поставленной в Климентовском приделе Десятинного Успенского храма рядом с такой же мраморной ракой царицы Анны.

Имя и дело святого равноапостольного Владимира, которого народ назвал Красным Солнышком, связано со всей последующей историей Русской Церкви. «Им мы обожились и Христа, Истинную Жизнь, познали», - засвидетельствовал святитель Иларион. Подвиг его продолжили его сыновья, внуки, правнуки, владевшие Русской землей в течение почти шести столетий: от Ярослава Мудрого, сделавшего первый шаг к независимому существованию Русской Церкви - до последнего Рюриковича, царя Феодора Иоанновича, при котором (в 1589 г.) Русская Православная Церковь стала пятым самостоятельным Патриархатом в диптихе Православных Автокефальных Церквей.

Празднование святому равноапостольному Владимиру было установлено святым Александром Невским после того, как 15 мая 1240 года помощью и заступлением святого Владимира была одержана знаменитая Невская победа над шведскими крестоносцами.

Но церковное почитание святого князя началось на Руси значительно ранее. Деятельность Крестителя Руси рано была осознана русскими людьми как благодатный подвиг равноапостольного государя. Будущий митрополит Иларион в 40-х годах XI века, восклицая в своей похвале князю Владимиру: «Како ти сердце разверзеся? Како вниде в тя страх Божий? Како прилепися любви Его, не видя апостола, пришедша в землю твою?», прямо ублажает его званием «подобника великаго Константина, во владыках апостола». «Слово» Илариона содержит в себе элементы акафиста и молебна и впоследствии было приспособлено к богослужебному употреблению. Это дает основания предполагать, что в правление Ярослава Мудрого были предприняты шаги к церковному прославлению князя Владимира.

Возможно, в первое время почитание князя Владимира пребывало в тени рано установившегося празднования святым Борису и Глебу, так что и церковное поминовение его происходило не самостоятельно, под 15 июля, а в дни памяти его сыновей-страстотерпцев. Существовала древняя и устойчивая иконографическая практика изображать святого князя Владимира Святославича именно со святыми Борисом и Глебом.

Эпоха святого Владимира была ключевым периодом для государственного становления Православной Руси. Святой равноапостольный великий князь Владимир на века вперед предопределил духовные судьбы Русской Церкви и русского православного народа. Он заложил краеугольный камень в основание, на котором воздвигался храм русского Православия, росло и укреплялось русское национальное самосознание, русская государственность и русская культура. Объединение славянских земель и оформление государственных границ державы Рюриковичей происходили в напряженной духовной и политической борьбе с соседними племенами и государствами. Крещение Руси было важнейшим шагом ее государственного самоопределения. День памяти святого Владимира можно считать и национальным, и церковным, и государственным, и культурным праздником.



Русская Православная Церковь
Николаевский Собор

Авторское право © 2012-2017.
Разработчик: Капитула Ян

Valid HTML 5
Правильный CSS!
Яндекс.Метрика