Контакты
Карта

Герой Социалистического труда - Лангемак Георгий Эрихович (версия Глушко)

Лангемак Георгий Эрихович

Георгий Эрихович Лангемак родился 20(8) июля 1898г. в г.Старобельске Харьковской губернии в семье преподавателей иностранных языков. Из всех детей, Георгий был самым младшим, кроме него в семье были две сестры Мария и Елена, а также брат Виктор.

В 1899г. семья переезжает в г.Елизаветград (ныне – Кировоград), где отец продолжает преподавать иностранные языки в городских учебных заведениях. 6 июня 1905г. в возрасте 42 лет он умирает после долгой болезни. Из-за финансовых трудностей в том же году мать сдает экзамен на звание «домашней учительницы французского языка» и приступает к работе.

В августе 1907г. Георгий поступил в подготовительный класс восьмиклассной Елизаветградской гимназии.

В 1910г. в город, одной из достопримечательностей которого было Елизаветградское кавалерийское училище, назначают нового начальника этого учебного заведения, полковника Владимира Николаевича Петерса. Трое из его пятерых сыновей (старшие учились в военном училище) приходят учиться в ту же гимназию, в которой учились Лангемаки и начинается их дружба. Тем более что дети не всегда все понимают сразу, и Лангемакам иногда приходилось помогать своим друзьям, готовиться к экзаменам. Но чаще всего они вместе проводили свободное время, хулиганили… Бывая в гостях у Петерсов, Георгий познакомился с их младшей сестрой Еленой, ставшей в последствии его женой.

В 1916г. Георгий с серебряной медалью окончил Елизаветградскую гимназию. По настоянию своей матери, он решает ехать в Петроград, чтобы изучать японскую филологию. Вскоре он поступает на восточный факультет Петроградского университета. Проучившись полтора месяца, пользуясь ситуацией, Георгий сбегает из университета и подает заявление в Школу прапорщиков по Адмиралтейству, находившуюся в Ораниенбауме. 9 ноября 1916г. его зачисляют в 4-й взвод. В декабре назначают и.о. отделенного командира, а 14 января 1917г. утверждают в этой должности и производят в строевые унтер-офицеры.

Г.Э.Лангемак оканчивает школу по первому разряду и приказом по флоту и Морскому ведомству от 27 февраля 1917г. его производят в прапорщики по Адмиралтейству и распределяют на Приморский фронт Морской Крепости Петра Великого (г.Ревель). Местом его службы становится 28 батарея острова Руссарэ, находящегося в Финском заливе.

За время службы в крепости Г.Э.Лангемак прошел путь от младшего офицера до и.о. командира артиллерийской батареи. В июле приказом Временного Правительства весь выпуск февраля 1917г. производят в мичманы флота. 1 августа 1917г. он заканчивает Артиллерийские офицерские временные классы (г.Ревель). Здесь же в Финляндии, Г.Э.Лангемак встречает и известие об октябрьском перевороте.

Летом 1918г. он возвращается в Елизаветград. Побыв несколько дней дома, под влиянием матери, вместе со своим старшим братом Виктором, они решают продолжить обучение в Новороссийском университете. 24 августа их зачислили по классическому отделению историко-филологического факультета и с сентября они могли приступать к занятиям.

В июле 1919г. по офицерской мобилизации его призывают на Красный Флот. Бывшего артиллериста определяют на службу в Кронштадтскую крепость на знакомое ему Балтийское море. За два года службы из помощника командира батареи 2 артиллерийского дивизиона он становится командиром самого крупного из фортов Кронкрепости – форта «Тотлебен». За храбрость в бою и прекрасные командирские качества, в июне 1920г. он становится членом Кронштадтской организации ВКП(б).

Однако, настроения, которые «ходили» в крепости, привели к трагедии, известной как Кронштадтский мятеж, участником, а точнее жертвой, которого стал и Г.Э.Лангемак. 2 марта 1921г. вместе с еще одним командиром, только беспартийным, и почти со всеми членами партии Г.Э.Лангемак был арестован, посажен на гарнизонную гауптвахту и приговорен к расстрелу. Причиной ареста послужил его прямой отказ от участия в мятеже. Он считал, что восстание преждевременно и обречено на поражение. Необходимо начинать активные действия против власти только поздней весной, после того, как сойдет лед, и крепость станет неприступной.

Проведенные в одном нижнем белье две недели в мокром и холодном подвале в начале марта месяца дали о себе знать. Г.Э.Лангемак сильно простудился и слег на два месяца в госпиталь. Поправившись, он вернулся к исполнению своих обязанностей командира форта «Тотлебен» и 20 мая назначается заведующим строевой и учебной частью 4-го артиллерийского дивизиона Кронкрепости, а в январе 1922г. помощником начальника артиллерии Кронкрепости.

Настало время подумать и о свадьбе. Местом для венчания избрали Морской Собор в Кронштадте. Поднимается скандал! Шутка ли, помощник начальника артиллерии крепости и венчание! Почти через полтора года после свадьбы (3 июня 1922г.) его исключают из партии и снимают с партийного учета. С этого дня и до конца своей жизни Г.Э.Лангемак больше никогда не будет восстановлен в партии.

Однако его непосредственный командир – А.А.Суслов, понимает сложившуюся ситуацию и 15 июля временно перемещает своего помощника на нижестоящую должность - начальника технической части Управления артиллерии Кронкрепости, а 2 декабря, когда улеглись страсти, возвращает обратно. В это же время командование морской крепости Кронштадт награждает «вероотступника» Георгия Лангемака серебряными часами «за понесенные труды в деле восстановления в течение четырехлетнего периода, произведенных различными авантюрами разрушений... за неустанную работу по поднятию обороноспособности фортов и расположенных на них частей артиллерии крепости, а также за успешное воспитание и обучение красноармейских масс в политическом и военном отношениях». Через семь месяцев, в день пятой годовщины Красной Армии, помначарта Кронкрепости получает благодарность командования «за проявленную энергию, честное и усердное исполнение обязанностей в рядах Красной армии...»

Там же, в Кронштадте в 1923г. у Лангемаков родилась старшая дочь Анна (Ася). Вторая дочь – Майя родилась уже в Ленинграде в 1925г. В том же 1923г. он по собственному желанию уходит слушателем в Артиллерийскую (ныне - Ракетно-артиллерийская имени Петра Великого) академию РККА. Во время учебы, в которой вместе с другими слушателями выполняет заказы Лаборатории Н.И.Тихомирова.

Первоначально по окончании академии в соответствии с проектом замещения вакансий должностей Г.Э.Лангемак планировался к распределению в Военно-химический трест в НИКЛ (Научно-исследовательская контрольная лаборатория) завода им. Авдеева. 24 марта 1928г., согласно аттестационным выводам, Г.Э.Лангемак был предложен в качестве помощника начальника артиллерии береговой обороны и назначен помощником начальника артиллерии береговой обороны Черного моря. Однако к месту службы он не выезжал и не одного дня в этой должности не прослужил. В это время начальник ГДЛ Н.И.Тихомиров, обратился в Штаб Ленинградского военного округа с просьбой направить Г.Э.Лангемака к нему.

В результате Георгий Эриховича оставили в Ленинграде для работ в отделе изобретений РККА и с 15 апреля 1928г. его направили в Лабораторию Н.И.Тихомирова. После прихода в ГДЛ (вместе с инженером В.А.Артемьевым и Б.С.Петропавловским - слушателем дополнительного курса баллистического отделения артиллерийского факультета ВТА) в баллистической лаборатории Академии Г.Э.Лангемак продолжил работы по созданию реактивных снарядов РС-82 и PC-132.

Работая в ГДЛ, Георгий Эрихович переписывался с К.Э.Циолковским, труды которого являлись главным источником для решения практических проблем ракетной техники.

К середине 1933г. в первом секторе (создававшем пороховые ракеты) возглавляемой уже И.Т.Клейменовым Газодинамической лаборатории, были разработаны ракетные снаряды калибров 82 мм, 132 мм, 245 мм и 410 мм. Несмотря на сравнительно короткий срок работы над РСами - четыре года - к концу 1933г. их основная доводка была завершена. Созданные на бездымном порохе для вооружения армии и авиации, они успешно прошли в 1932-1933гг. полигонные и войсковые испытания.

За эти годы под руководством Г.Э.Лангемака было разработано девять типов РСов. Успешнее других продвинулась отработка снарядов РС-82 и PC-132, которая велась им как непосредственным исполнителем темы. Снарядам этих калибров он придавал особое значение. Именно они были в дальнейшем приняты на вооружение и громили врага на фронтах Великой Отечественной войны.

Большой вклад был внесен Г.Э.Лангемаком в разработку вопросов стабилизации реактивных снарядов в полете. Сложность задачи состояла в том, что с увеличением дальности стрельбы соответственно возросли требования к точности полета неуправляемого снаряда.

Работы по оперенным PC, в конечном итоге, привели к желаемому результату. Поиски в этом направлении предпринимались многими изобретателями задолго до работ ГДЛ. Но попытки были неудачны, и к оперенным снарядам сложилось предубеждение. Здесь особенно ярко проявился талант Г.Э.Лангемака, сумевшего за короткий срок найти эффективные размеры и форму стабилизаторов, которые впоследствии мало изменились по результатам стрельб и газодинамических продувок.

21 сентября 1933г., после организации Реактивного научно-исследовательского института на базе ленинградской ГДЛ и МосГИРД, Г.Э.Лангемак был назначен начальником Ленинградского отделения РНИИ. Закончив все запланированные ранее на 1933г. работы, в январе 1934г. вместе с сотрудниками отделения Г.Э.Лангемак переезжает для работы в Москву и с ликвидацией Ленинградского отделения, назначается заместителем директора по научной части (главным инженером) Института.

В 1935г. в РНИИ (с 1937г. – НИИ-3) под председательством Г.Э.Лангемака был создан Научно-технический совет Института, первыми членами которого, кроме него, по решению Высшей аттестационной комиссии были утверждены В.П.Глушко, В.И.Дудаков, С.П.Королев, Ю.А.Победоносцев, М.К.Тихонравов и Е.С.Щетинков. Обладая глубокими знаниями, широким кругозором и незаурядной эрудицией, Г.Э.Лангемак умело направлял деятельность Института на выполнение задач, связанных с укреплением обороноспособности страны. Большое значение имело возникшее взаимопонимание между Г.Э.Лангемаком и директором Института И.Т.Клейменовым, благодаря чему, за короткий срок Институт завоевал заслуженный авторитет среди ведущих НИИ страны.

Возглавляя общее техническое руководство Институтом, Г.Э.Лангемак продолжал вести плодотворную творческую работу. Показательна написанная им небольшая, но исключительно своевременная статья «О единой терминологии в системе обозначений по ракетной технике». Систематизация материала выполнена настолько квалифицированно, что практически все приведенные в статье формулировки и обозначения закрепились в отечественной ракетной технике.

За время работы в Институте под руководством Г.Э.Лангемака была практически завершена доводка реактивных снарядов РС-82 и РС-132, ставших основой легендарной «катюши».

Академик В.П.Глушко рассказывал, что Г.Э.Лангемак хорошо говорил, но еще лучше он писал. Аккуратность и скрупулезность были присущи ему во всем. В декабре 1935г. в свет выходит, написанная в соавторстве с В.П.Глушко, книга «Ракеты, их устройство и применение». Когда Г.Э.Лангемак принес рукопись в издательство, то главный редактор, увидев ее, сказал: «Хочу своими глазами посмотреть, как выглядит человек, который в таком исключительно аккуратном виде оформил и представил рукопись, что необычно для авторов».

Согласно приказа по Наркомату оборонной промышленности от 22 марта 1937г. «За выдающиеся достижения, достигнутые НИИ-3 4-го ГУ НКОП в разработке крупнокалиберного вооружения авиации, мощных авиационных бомб и создание первого в Советском Союзе ракетного двигателя на азотном топливе», ведущие работники были премированы крупными денежными суммами. Среди них был и Г.Э.Лангемак, получивший 10.000 рублей «за лабораторную разработку, теоретические обоснования и создание основных конструкций по ракетным снарядам и бетонобойным бомбам».

Основным препятствием для принятия реактивных снарядов на вооружение сухопутных войск была недостаточная кучность стрельбы. Однако для поражения местностей отравляющими веществами уже достигнутая кучность была приемлемой. В связи с этим имела большое значение проведенная по инициативе и под руководством Г.Э.Лангемака большая комплексная работа по оснащению сухопутных войск реактивными химическими снарядами (РХС).

Таким образом, проведенная под руководством Г.Э.Лангемака работа по созданию реактивных химических снарядов вплотную подвела НИИ-3 к выполнению последнего звена в большой цепи научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию самоходной реактивной артиллерии, и эта работа была выполнена в соответствии с ранее оговоренными принципиальными решениями, в небольшой срок, малыми средствами и небольшими силами.

Тем временем обстановка в институте накалялась. Летом началась открытая травля директора НИИ-3 Ивана Терентьевича Клейменова. Приезжали различные проверочные комиссии из всевозможных отделов ЦК и МГК ВКП(б), изрядно мешавшие работать и только вносившие сумятицу и неразбериху. И.Т.Клейменов сражался, пытаясь отстоять свое доброе имя и довести до конца начатые в институте разработки.

Донос, посланный его автором А.Г.Костиковым в апреле месяце 1937г. в ЦК ВКП(б) возымел действие. Поздно ночью 2 ноября 1937г. в дверь Лангемаков постучали. Арест прошел так тихо, что младшая дочь даже и не проснулась. Уверенный, что он скоро вернется, поцеловал старшую и попрощался с женой. Как и все, утверждая, что это недоразумение, обещал, что скоро вернется… В эту же ночь забрали и И.Т.Клейменова.

Конструктор был арестован, как немецкий шпион, однако в протоколе допроса нет ни одного вопроса о шпионаже в пользу Германии. На момент ареста Постановление на него отсутствовало. Допрашивали его неоднократно, но протоколов этих допросов в деле нет.

И только через месяц 15 декабря к делу будут приобщены два экземпляра протокола одного и того же допроса. Первый (заготовлен заранее) не имеющий даты, аккуратно написан от руки на 18 страницах. Он словно скопирован с какой-то заготовки вплоть до кавычек, скобок и ошибок, допущенных его автором. Второй экземпляр отпечатан под копирку на машинке и датирован 15 декабря 1937г. Дата допроса известна из второго экземпляра, на котором она вписана от руки фиолетовыми чернилами.

Вызывает удивление в «показаниях» Г.Э.Лангемака тот факт, что, усиленно обличая во «вредительстве» В.П.Глушко и С.П.Королева, он противопоставляет им «деятельность» А.Г.Костикова, спасающего Институт от происков «врагов народа». Кроме того, «показания» перекликаются с материалами следственного дела В.П.Глушко: заявлением Костикова в партком и актами экспертизы от 20 июля 1938г. и 3 февраля 1939г.

Не подлежит сомнению, что этот «труд» является не показаниями Г.Э.Лангемака, а чьим-то отчетом о проделанной работе со списком кандидатов для последующих арестов…

А вот приписку в конце: «Протокол записан с моих слов правильно и мною прочитан» - пришлось сделать следователю уже в день допроса. Он же выбивал и подпись у Г.Э.Лангемака на каждом листе протокола, что сделать было чрезвычайно трудно. Не хотел Георгий Эрихович подписывать чужие показания. Об этом свидетельствуют плавающая подпись, размазанные строчки, сальные пятна...

11 января 1938г. состоялось заседание Выездной сессии Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР под председательством Армвоенюриста В.В.Ульриха, (члены: диввоенюрист Голяков и военюрист 1-го ранга Суслин) «рассмотревшей дело по обвинению ЛАНГЕМАК Георгия Эриховича... в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 58-7, 58-8 и 58-11 УК РСФСР».

«На основании... ст.ст. 219 и 320 УПК РСФСР Военная Коллегия Верховного Суда Союза ССР приговорила ЛАНГЕМАК Георгия Эриховича к высшей мере наказания - расстрелу с конфискацией всего лично ему принадлежащего имущества...». 11 января 1938г. Г.Э.Лангемака расстреляли в подвале военной комендатуры г.Москвы, располагавшейся тогда на Страстном бульваре.

И только через 18 лет - 19 ноября 1955г. согласно Определению Верховного Суда СССР (№ 4н-011852/55 от 21 ноября 1955г.) Военная коллегия Верховного Суда СССР на своем заседании определила: «...приговор... от 11 января 1938 года в отношении Лангемака Георгия Эриховича по вновь открывшимся обстоятельствам отменить, а дело по его обвинению на основании п. 5 ст. 4 УПК РСФСР в уголовном порядке прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления...» Г.Э.Лангемак был полностью реабилитирован, а вскоре реабилитировали и его жену.

В 1967г. по инициативе академика В.П.Глушко именем Г.Э.Лангемака был назван кратер диаметром 97 километров на обратной стороне Луны.

К 50-летию битвы под Москвой по просьбе секции ветеранов ракетной техники, благодаря помощи депутата Верховного Совета СССР профессора А.Н.Крайко, Указом Президента СССР от 21 июня 1991г. Г.Э.Лангемаку, наряду с другими творцами «катюши», посмертно было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

В 1997г. лидер эстрадной команды «Несчастный случай» Алексей Кортнев, под впечатлением рассказов автора статьи о трагической судьбе пионеров ракетно-космической техники, написал песню «Луна» (песню «имени кратеров»)… Она была посвящена памяти Г.Э.Лангемака. А 15 ноября 2003г. на месте захоронения его жены Елены Владимировны (похороненной в 100 метрах от официального места захоронения своего мужа) была установлена мемориальная доска…

В заключение хотелось бы привести слова, сказанные о Георгии Эриховиче академиком Валентином Петровичем Глушко, во время одной из наших с ним бесед о Г.Э.Лангемаке: «Мы были близкими друзьями. Георгий Эрихович был на голову выше меня, как ученый и конструктор. Я всегда тянулся за ним, стараясь не выглядеть на его фоне каким-то серым и незначительным. Мне всегда хотелось быть похожим на него. Он был для меня образцом во всем… И я бы очень хотел, чтобы и ты, сын, пронес через свою жизнь уважение к этому человеку с большой буквы… …Если бы его не расстреляли, то я уверен, что Георгий Эрихович стал бы маршалом артиллерии и членом Советского Правительства… Я всегда считал его членом своей семьи и очень хочу, чтобы и ты относился к нему так же… Он член нашей семьи…»



Русская Православная Церковь
Николаевский Собор

Авторское право © 2012-2017.
Разработчик: Капитула Ян

Valid HTML 5
Правильный CSS!
Яндекс.Метрика